Ondřej Kolář a ti další… (trest smrti)

Ондржей Коларж и другие... (смертная казнь)


Jednou z první věcí, která se zde po revoluci v roce 1989 objevila – bylo zrušení trestu smrti. Proč? Jsou lidé, kteří se zákonů bát nemusí. Protože je tvoří. Vymyslí si jaký zákon chtějí prosadit, koupí si poslance, který to přednese a následně i několik poslanců tak, aby daný zákon prošel. Tyto lidé pak řídí dění kolem nás.

Одной из первых вещей, которые появились здесь после революции 1989 года, была отмена смертной казни. Почему? Есть люди, которым не нужно бояться закона. Потому что они делают их. Они выяснят, какой закон они хотят применить, купят депутата, который представит его, а затем нескольких депутатов, чтобы закон был принят. Эти люди затем контролируют то, что происходит вокруг нас.


Ať je to Bill Gates, Soros, Rokefeller, Rotchildovi nebo jiní jim podobní. Tito lidé si kupují i takové jako je i náš premiér. Ostatně. Proč byl Babiš na setkání s Bill Gatesem. Co mu Bill Gates nabídl za to, že nechá celou naší republiku proočkovat jeho vakcínou? Nebo myslíte, že vaří u Gatese tak skvělou kávu?

Будь то Билл Гейтс, Сорос, Рокфеллер, Ротчайлд или кто-то в этом роде. Эти люди тоже покупают таких как наш премьер. В конце концов. Почему Бабис встречался с Биллом Гейтсом. Что Билл Гейтс предложил ему сделать прививку всей нашей в республике? Или вы думаете, оно делается такой исключительное в кофе у Гейтса?


Tito lidé mohou dokonce řídit i opozici. Určují ji kdy a co má dělat. Kde vytvářet kontroverzní témata tak, aby opozice nemohla fungovat a byla roztříštěná. Mohou si koupit volby, mohou si koupit zákony, mohou cokoliv. Nebojí se ničeho. Ničeho s vyjímkou jediné věci. ??? Kulky, kterou nezastaví.

Эти люди могут даже возглавить оппозицию. Они определяют, когда и что делать. Где создавать спорные темы, чтобы оппозиция не функционировала и была раздроблена. Они могут покупать выборы, они могут покупать законы, они могут делать все, что угодно. Они ничего не боятся. Ничего, кроме одной вещи. ??? Пули, которую не остановят.


A aby k jejímu vystřelení nedošlo dostali mezi lidi pocit, že jakékoli zabití kohokoli je špatné a hlavně nemorální. Dostali mezi lidi pocit, že vyspělí moderní člověk si váží cizího života natolik, že nejen jej nikdy nikomu nebude chtít vzít, ale bude už svým myšlením dělat vše, aby takovémuto činu zabránil. Zrušení trestu smrti se dnes bere něco jako pozvednutí úrovně státu. Je tomu ale skutečně tak? Nebo ne? A pokud ne – proč tedy jsme převzali tuto myšlenku? Vždyť nejvyspělejší státy světa trest smrti mají (Rusko, Čína, USA).

И чтобы ее не уволили, у людей возникает ощущение, что убивать кого-либо - это неправильно и, самое главное, аморально. У людей появилось ощущение, что продвинутый современный человек настолько ценит чужую жизнь, что он не только никогда не захочет отнять ее у кого-либо, но и сделает все, что в его уме, чтобы предотвратить такой поступок. Отмена смертной казни сегодня считается чем-то вроде возвышения государства. Но так ли это на самом деле? Или нет? А если нет - почему мы приняли эту идею? Ведь в самых развитых странах мира существует смертная казнь (Россия, Китай, США).

Pokrytci se naučili používat místo ,,trest smrti“ výrazu ,,trest nejvyšší“. Domnívají se, že tímto říkají, že trest nejvyšší není trestem smrti, ale je podle zákonu daného státu (u nás 25 let odnětí svobody). Ale i toto je omyl.

Лицемеры научились использовать термин «самое страшное наказание» вместо «смертная казнь». Они считают, что говорят, что самый высокий приговор - это не смертная казнь, а в соответствии с законодательством данного государства (25 лет в Чехии лишения свободы). Но даже это ошибка.


1) Je horší trest než trest smrti? ANO. ...každý farář a věřící člověk (křesťan, žid i muslim) vám řekne, že je to ,,zatracení“. ...člověk nemá právo vstoupit do nebe, ale přijde do pekla… (nerozebírejme nyní atheismus – o tom toto není). Zajímavé na tomto trestu je, že je právně nepostihnutelný. A je to skutečně ,,trest nejvyšší“. Já jsem pro trest smrti, ale za sebe říkám, že bych nikdy trest ,,zatracení,, nepoužil. Proč? Protože sám jsem věřící a měl bych pocit, že toto je věc, která plně náleží Bohu a ne lidem. Ale… Je to trest a je to trest nejvyšší.

Есть наказание хуже смерти? Да. ...каждый пастор и верующий (христианин, иудей и мусульманин) скажут вам, что это «проклятие». ...человек не имеет права попасть на небеса, но он попадет в ад... (давайте не будем сейчас обсуждать атеизм - это не главное). Интересная вещь об этом наказании состоит в том, что оно юридически неуловимо. И это действительно «высочайшее наказание». Я за смертную казнь, но я говорю за себя, что никогда не буду использовать «проклятие». Почему? Потому что я сам верующий и чувствую, что это вещь, которая полностью принадлежит Богу, а не людям. Но ...Это наказание и это е <<высшее наказание>>.


2) Trest smrti.

Наказание смертью.


a) není pravdou, že není v našem státě (ČR) právně ospravedlněný. Pouze v dnešní době a dnešním stavu. Ale… Stav se může změnit a doba se může změnit.

это неправда, что это не является юридически оправданным в нашем государстве (Чехии). Только сегодня и сегодняшним положением. Но ...Статус может измениться, и время может измениться.


- Teoreticky stačí požádat prezidenta republiky o vyhlášení stanného práva, obvinit, odsoudit, popravit a zase požádat prezidenta o zrušení stanného práva. Ano – je to asi těžko realizovatelné, ale právně teoreticky vpořádku.

Теоретически, достаточно попросить президента республики объявить военное положение, обвинить, осудить, казнить и снова попросить президента отменить военное положение. Да - сложно реализовать, но с юридической точки зрения теоретически все в порядке.


- A za druhé. Může se změnit doba a na lidi jako je například Ondřej Kolář se pak může koukat z nového režimu i zpětně jako na vlastizrádce a nový režim může ,,trest smrti“ zavést. Ačkoli nepovažuji Miladu Horákovou za nikoho slušného tak ale pokud s ní srovnám pana Koláře tak si on trest smrti opravdu zasluhuje a je zde na místě. Co se týká názorů mé osoby tak já tvrdě zastávám toto řešení. Domnívám se, že je nutné obnovit trest smrti a hnát tyto lidi k zodpovědnosti za své činy. Nejsem zastáncem vraždy. Po trestu smrti se vrah nehledá. Tímto směrem se chci ubírat já. Ale nevylučuji ani jiné možnosti trestu smrti u konkrétních lidí.

И во-вторых. Времена могут измениться, и такие люди, как Ондржей Коларж, могут затем оглянуться от нового режима как предателя, и новый режим может ввести «смертную казнь». Хотя я не считаю Миладу Хоракову приличной, но если сравнить Коларжа с ней, он действительно заслуживает смертной казни, и она здесь к месту. Что касается моих взглядов, я твердо поддерживаю это решение. Я считаю, что необходимо восстановить смертную казнь и привлечь этих людей к ответственности за свои действия. Я не сторонник убийства. После смертной казни убийца не находится в розыске. Я хочу идти в этом направлении. Но я не исключаю других возможностей смертной казни для конкретных людей.


b) Jsou i jiné státy, kde jsou tresty smrti běžné. A pokud se takový člověk dotkne svým jednáním zákona jiného státu, může být vydán do tohoto státu a tam podle jejich zákona souzen a odsouzen k trestu smrti (toto ale není případ Koláře – ten z pozice Ruska má pouze poškozování památníku – z pozice ČR to je ale sabotáž a vlastizrada). A zas teoreticky: Pokud by někdo zabil prezidenta USA, byt na území svého státu – umím si představit, že by následovalo vydání a následně odsouzení k trestu smrti. Ano… I občanu ČR hrozí trest smrti !!!

Есть другие государства, где смертная казнь распространена. И если такой человек своими действиями затрагивает закон другого государства, он может быть экстрадирован в это государство и там, согласно их закону, предан суду и приговорен к смертной казни (но это не случай Коларжа - тот, что с позиции России только повреждает памятник - с позиции Чехии это но саботаж и измена). И снова теоретически: если кто-то убил президента США, на территории нашей страны - я могу представить, что он будет экстрадирован и затем приговорен к смертной казни. Да ...Даже гражданину Чехии грозит смертная казнь !!!


c) Pak tu máme tresty byť bez podpory zákona, ale ospravedlněné. Teoreticky: Pokud by nějaký imigrant znásilnil a zabil mojí desetiletou dceru – nikdo by mě nezastavil. Stala by se ze mě zabíjecí mašina a nespokojil bych se jen s jeho životem, ale chtěl bych i životy těch kdo to dopustili. A tak nesmýšlím jenom já, ale asi každý otec. ...tady je ale jednoznačné právo na to být soudcem. To ale takto necítím u Koláře. Obviňuji ho z vlastizrady, chci pro něj trest smrti, ale chci to legitimně před soudem a chci v této roli mít pozici žalobce, ale soud by měl mít více než jednoho nespokojeného občana.

Тогда у нас есть наказания, даже без поддержки закона, но оправданные. Теоретически: если бы иммигрант изнасиловал и убил мою десятилетнюю дочь - никто меня не остановит. Я стал бы машиной для убийства, и не только был бы доволен его жизнью, но я также хотел бы лишить жизни тех, кто позволил это. И об этом думаю не только я, вероятно - каждый отец. ...но здесь есть четкое право быть судьей. Но я не так отношусь к Коларжу. Я обвиняю его в государственной-измене, я хочу смертную казнь для него, но я хочу, чтобы она была законной в суде, и я хочу быть прокурором в этой роли, но в суде должно быть более одного недовольного гражданина.

d) A pak tu máme ještě jeden trest smrti. A to – že dotyčná osoba bude pod takovým tlakem , že si sama prožene kulku hlavou. A i zde lze o právním pojetí diskutovat. Je otázkou kdo je za takovýto čin zodpovědný… Každý, kdo se vyjádřil proti dotyčnému? A co když jich jsou tisíce?

И тогда у нас есть еще один смертный приговор. И это - что человек, о котором идет речь, будет находиться под таким давлением, что он пробьет пулю в свою голову. И даже здесь юридическая концепция может обсуждаться. Вопрос в том, кто несет ответственность за такой акт... Кто-нибудь, кто высказывался против рассматриваемого лица? А что, если их тысячи?



Co bych asi cítil, kdyby někdo Koláře zabil?

Как бы я себя чувствовал, если бы кто-то убил Коларжа?


- Pokud by to bylo od Rusů – nesouhlasil bych s tím. Z jejich pozice to totiž není vlastizrada.

Если бы это сделал россиян - я бы с этим не согласился. С их позиции это не измена.


- Pokud by to udělal občan ČR. Byť bych já nebyl ochoten takto přímo jednat – cítil bych, že mi vrátil čest a hrdost. Rusové – Koláře nedostanete – vyřídili jsme si to s ním sami...

Если это сделал гражданин Чехии. Хотя я не хотел бы делать это напрямую - я чувствовал бы, что он вернул мне честь и гордость. Русские - вы не получите Коларжа - мы справились с ним сами.



Vydání Koláře do Ruska

Издание Коларжа в Россию

...považuji za neschopnost naší justice zajistit pořádek v našem státě. Žel, protože nejsme právní stát (jen si na něj hrajeme – práva se zde normální člověk nedovolá) – je toto řešení bráno jako prakticky jediná naděje pro nějaké zadostiučinění za jeho poslední čin (odstranění sochy Maršála I. S. Koněva).

...Я считаю, что наша судебная система неспособна обеспечить порядок в нашем государстве. К сожалению, поскольку мы не являемся государством, управляемым верховенством права (мы просто играем за него - права здесь не отзываются нормальным человеком) - это решение воспринимается практически как единственная надежда на какое-либо удовлетворение за его последний акт (удаление статуи маршала И. С. Конева).



...Vraťme se k našim ,,Zlatým lidem“… (rodičům ,,zlaté mládeže“)

...Вернемся к нашим «Золотым людям» (родителям «золотой молодежи»)


Ti šmejdi si dělají co chtějí. Jediné čeho se bojí je kulka. Žádná ochranka je totiž neochrání proti novodobé odstřelovací pušce, která je schopna je dostat třeba i na 4 km. Disponují takovými penězi, že si mohou dovolit koupit celé vlády, zajistit válku kde potřebují a za pomocí ekonomiky pak kontrolovat cokoli. Jaká je tedy obrana proti nim. ??? … Jednoduchá… Ti lidé, kteří se nechávají koupit (Babiš, Klaus, Havel a jím podobní) se musejí také něčeho bát. A jediné co je silnější než touha po penězích je strach o život. Proto se domnívám, že mít pocit ,,nemáme trest smrti“ = ,,jsme civilizovanější“ je špatné. Je to program v našem mozku, který funguje jako počítačový vir a byl nám vnucen.

Эти ублюдки делают то, что хотят. Единственное, чего он боится, так это пули. Никакая защита не защитит их от современной снайперской винтовки, которая способна добраться до них даже за 4 км. У них есть такие деньги, что они могут позволить себе покупать целые правительства, вести войну там, где им это нужно, и использовать экономику, чтобы что-то контролировать. Так какая же защита от них. ??? ...Просто ...Те, кто позволяют себе быть купленными (Бабиш, Клаус, Гавел и т.п.), тоже должны чего-то бояться. И единственное, что сильнее желания денег - это страх за жизнь. Вот почему я считаю, что чувство «у нас нет смертной казни» = «мы более цивилизованны» неправильно. Это программа в нашем мозгу, которая работает как компьютерный вирус и была навязана нам.



Já požaduji zavedení trestu smrti a zodpovědnost i za činy minulé !!!

Я требую смертной казни и ответственности за прошлые деяния !!!



Koláři, Hřibe, Novotný … a nejen vy… KGB ani ničeho podobného se bát nemusíte. Ale mě se bojte. Já nepřestanu…

Коларжи, Грибе, Новотны ...и не только вы ...КГБ или что-то в этом роде, вам не нужно бояться. Но бойтесь меня. Я не остановлюсь...


Dnes je 9. květen. Den vítězství. Byl jsem pozván na náměstí interbrigády uctít vzpomínku na maršála Koněva. Nemohl jsem. Ne proto, že bych fyzicky nemohl. Ale skutečně hrozilo, že bych pořadatelům jejich akci mohl pokazit. Krev se ve mne vařila tak, že jsem plánoval jak ten asi malý dav strhnu k návštěvě pana Koláře doma. Tak říkajíc… Měl jsem rudo před očima. A tak jsem navštívil malý památníček mezi stromy u obce Koberovy.

Сегодня 9 мая. День Победы. Меня пригласили на Межбригадную площадь, чтобы почтить память маршала Конева. Я не мог. Не потому что я не мог физически. Но существовала реальная угроза того, что организатору могу испортить их мероприятие. Кровь закипела во мне, поэтому я планировал, как соберу небольшую группу людей, чтобы навестить г-на Коларжа дома. Кфак говорят... мои глаза кровью заливаются. Поэтому я посетил небольшой памятник среди деревьев возле села Коберовы.



Aleš Kejval

9.5.2020